Суд решил, что из-за работника компания заключила невыгодный контракт

111
Компания провела аукцион для заключения договора поставки. Спустя полгода, директор узнал, что в процессе подготовки аукциона его заместитель вел переговоры с одним из участников. Он посчитал, что работник поспособствовал победе этого участника, сообщив ему конфиденциальную информацию. Это было расценено как грубый проступок, за который сотрудник был уволен. Представитель работника Сергей Васильев попытался доказать в суде, что ничего секретного работник участнику аукциона не сообщал и что подобный запрет был установлен в документе учредителя компании, а не самого работодателя. Тем не менее суд отказал работнику в удовлетворении иска.
 Предмет спора: восстановить на работе, взыскать компенсацию за вынужденный прогулРезультат: в удовлетворении требований отказаноРеквизиты дела: решение Хамовнического районного суда г. Москвы от 29.11.2013 по делу № 2–2833/13; апелляционное определение Московского городского суда от 10.04.2014 по делу № 33–8769/2014.

Процедура государственных закупок всегда связана с большими деньгами. В силу того, что суммы контрактов порой составляют несколько десятков миллионов, компании важно обеспечить прозрачность закупочных процедур и сохранить нейтральность по отношению к участникам торгов. Но иногда даже просто информирование о факте проведения торгов может стать причиной серьезных претензий к работнику. В качестве примера можно привести спор заместителя генерального директора с охранной организацией, учредителем которой является госкорпорация Ростехнологии. Должность заместителя генерального директор по экономике и финансам работник занимал с июля 2012 года. Осенью того же года работодатель решил провести аукцион с целью найти поставщика форменной одежды для сотрудников. После победы одной из организаций, с ней был заключен договор поставки более чем на 50 млн руб. В июле 2013 года, органы ФСБ России, курирующие деятельность охранной организации, сообщили руководству о том, что по их сведениям, в ходе проведения закупочных процедур были допущены нарушения. В связи с этим компании было рекомендовано провести внутреннюю проверку, которая и состоялась в июле 2013 года, то есть почти год спустя после самого аукциона. В результате проверки было установлено, что в период проведения аукциона замдиректора по финансам общался с представителем одной из фирм-участниц аукциона, которая впоследствии и стала его победителем. По мнению работодателя, в процессе этих переговоров работник разгласил некую конфиденциальную информацию, составлявшую коммерческую тайну, которую, в силу своих обязанностей, не должен был сообщать. «Конфиденциальной информацией работодатель считал сведения о самом факте проведения аукциона. По мнению директора, общаясь с представителем компании-участницы, работник координировал ее действия и тем самым способствовал ее победе в аукционе», — рассказывает Сергей Васильев, который представлял интересы работника. Запрет сообщать любые сведения, касающиеся проводимых процедур закупок, содержался в регламенте материнской компании, которая являлась учредителем и владела 100% акций организации, где работал сотрудник. Посчитав, что из-за действий работника в аукционе победила не та компания, которая должна была, директор организации принял решение уволить своего зама за однократное грубое нарушение должностных обязанностей, о чем был издан соответствующий приказ. Не согласившись с таким решением, работник обратился в суд.

Позиция работника: сведения, которые он сообщил участнику торгов, не были секретными

В суде работник рассказал, что на самом деле причиной увольнения стал конфликт между ним и генеральным директором общества. Конфликт был связан с проводимыми ранее в организации закупочными процедурами. В июле в отношении работника провели две служебные проверки. Результатом первой проверки стало дисциплинарное взыскание в виде замечания, а результатом второй — увольнение. Проверки работник связывал с отказом писать заявление об увольнении по собственному желанию, а с их результатами был категорически не согласен. Работник также пояснил, что замечание, вынесенное ему в июле, не связано с нарушением условий трудового договора. В частности, в приказе работодатель указал, что взыскание связано с незнанием требований локальных актов материнской организации. Это выражалось в том, что работник должным образом не контролировал финансовое взаимодействие компании с учредителем. Настаивая на незаконности этого взыскания, сотрудник пояснил, что знание локальных актов компании-учредителя не было закреплено в качестве обязанности в его трудовом договоре, поэтому говорить о нарушении в данном случае нельзя.

 Самое сложное в деле:
«К сожалению, в этом споре у суда было очень предвзятое отношение к истцу, особенно при обжаловании. Коллегия принимала ненадлежащие доказательства, которые представлялв материалы дела ответчик, но в то же время в приобщении доказательств истца отказала по формальному признаку. Поэтому некоторые документы, которые могли повлиять на исход дела, вообще не исследовались».

Относительно приказа об увольнении бывший замдиректора ссылался на сомнительность результатов служебной проверки, на основании которой этот приказ был издан. «Объективность проверки действительно вызывала большие сомнения, поскольку проводилась самим работодателем, без привлечения каких-либо сторонних органов надзора и контроля. Увольнение было связано с нарушением пункта трудового договора, предусматривающего обязанность сохранять коммерческую тайну и конфиденциальность информации, ставшей известной в процессе работы. В то же время никаких сведений, содержащих коммерческую тайну, работник не разглашал», — пояснил Сергей Васильев. Сославшись на положения закона о коммерческой тайне, сотрудник объяснил суду, что компания должна была ознакомить его под роспись с информацией, которая считается коммерческой тайной. Поскольку этого не было сделано, а перечень такой информации отсутствует, то вменять ее разглашение компания не имела права. «При этом работник не оспаривал, что общался с представителем одной из компаний, которая впоследствии подала заявку на участие в аукционе. Тем не менее эти разговоры не имели никакого отношения к разглашению каких-либо тайн. Обсуждалась только общеизвестная и доступная всем остальным участникам торгов информация, которая в открытом доступе была размещена в сети Интернет», — рассказывает Сергей Васильев. Но главные сомнения в объективности позиции работодателя вызывало то, что работник не был ознакомлен с локальным актом, нарушение положений которого якобы и явилось причиной увольнения. Более того, этот акт действовал не у его непосредственного работодателя, а у материнской компании, что подтверждается соответствующим приказом учредителя о введении его в действие. Поэтому подчиняться этим положениям он, как и другие работники организации, был не обязан. Также работник, ссылаясь на постановление Пленума ВС РФ от 17.03.2004 № 2 , просил учесть, что компания нарушила принцип соразмерности примененного взыскания, поскольку, по его мнению, предполагаемое нарушение не являлось грубым.

 Из искового заявления:
«В качестве грубого нарушения трудовых обязанностей заместителем руководителя следует рассматривать неисполнение функций, возложенных на него трудовым договором, если такое неисполнение могло повлечь причинение вреда здоровью работников либо причинение имуще- ственного ущерба организации».

По результатам служебной проверки нельзя было сделать вывод о том, что компании или ее работникам был причинен какой-либо имущественный, либо физический вред. «В качестве одного из доводов, который суд обязан был учесть при вынесении решения, мы заявили о пропуске компанией срока привлечения работника к дисциплинарной ответственности. Дело в том, что победитель аукциона был объявлен еще осенью 2012 года. Проверка же в отношении работника была проведена в августе 2013 года. Таким образом, к моменту увольнения 6-месячный срок применения взыскания, предусмотренный ч. 4 ст. 193 ТК РФ, уже истек», — делится Сергей Васильев. Будучи уверенным, что увольнение было незаконным, работник просил суд взыскать компенсацию за время вынужденного прогула. Кроме прочих требований, основываясь на положениях ст. 237 ТК РФ, работник заявил, что действиями компании ему причинен моральный вред, размер которого он попросил суд определить на свое усмотрение.

Позиция работодателя: разглашать информацию о торгах запрещено локальным актом

Работодатель возражал против удовлетворения требований и пояснил, что инициированная в организации проверка никоим образом не была связана с какой-либо конфликтной ситуацией между руководством компании. Проведена она была потому, что у компании появились основания подозревать работника в недобросовестном исполнении своих обязанностей. По мнению работодателя, об этом свидетельствовал тот факт, что в мае 2013 года заместитель директора якобы обращался к руководителю с предложением пересмотреть цену ранее заключенного договора на поставку спецодежды. В качестве обоснования высказывалось мнение о том, что максимальная начальная цена аукциона была рассчитана неправильно и в связи с ростом цен на ткани и утеплители для курток, качество поставляемой продукции может не соответствовать заявленным требованиям. Довод о том, что такой разговор действительно состоялся, работодатель подтвердил письменными объяснениями самого директора, который представил их комиссии, проводившей служебную проверку в отношении зама. По его мнению, эти действия могли свидетельствовать о том, что изначально цена договора была специально занижена по предварительной договоренности с участником торгов, что и позволило ему победить в аукционе. В подтверждение факта разглашения работником конфиденциальной информации компания представила результаты проверки.

Представитель компании также пояснил, что хотя в соответствии с внутренними документами разглашенные сведения не являлись коммерческой тайной, однако они были получены работником в процессе исполнения должностных обязанностей. Эти сведения не подлежали распространению, поскольку обязанность работника соблюдать конфиденциальность такой информации была прямо указана в трудовом договоре. Положение работодателя о закупочной деятельности предусматривает, что при осуществлении закупок компания должна руководствоваться не только внутренними локальными актами, но и приказами, а также локальными актами учредителя. В свою очередь запрет разглашать любую, связанную с процедурой закупок информацию, был предусмотрен отдельным регламентом материнской компании. Кроме того, в трудовом договоре работника содержался пункт, обязывающий его знать и выполнять требования документов, регламентирующих производственно-хозяйственную деятельность работодателя. «Несмотря на этот документ, представитель компании не смог внятно объяснить, какую именно информацию разглашал работник и почему она считалась конфиденциальной», — комментирует Сергей Васильев.

 Из отзыва на исковое заявление: «Зная о запрете координировать действия участников закупки, предоставлять им любые сведения, давать разъяснения и сообщать какую-либо информацию по вопросам проводимой процедуры, работник нарушил установленные требования. Факт общения и передачи сведений работник признал, о чем указано в его объяснительной записке».

Работодатель считал, что нарушив положение локального акта о закупках, действовавшего у учредителя, работник нарушил и требование локального акта непосредственного работодателя, что и послужило причиной для увольнения. «Однако работодатель так и не представил доказательств, свидетельствующих об ознакомлении работника ни с собственным положением, ни с локальным актом учредителя», — поясняет представитель работника. Оспаривая довод о пропуске срока, работодатель заявил, что проводимая проверка, по существу, является проверкой финансово-хозяйственной деятельности, поэтому срок для применения дисциплинарного взыскания составляет 2 года с момента совершения работником нарушения. В качестве дополнительного довода, подтверждающего причиненные убытки, работодатель сослался на недобросовестность исполнения поставщиком принятых на себя обязательств. «Кроме того, представителем компании было заявлено о неоднократном нарушении сроков поставки, а также о том, что форменная одежда была ненадлежащего качества. Однако фактических доказательств того, что такие нарушения были на момент увольнения работника, компания представить не смогла. Договор с этим поставщиком хотя и был расторгнут, но произошло это уже после увольнения работника», — утверждает Сергей Васильев.

Позиция судов: работник должен был соблюдать установленный учредителем запрет

 Решающий аргумент для суда: «Подтверждение самим работником факта общения с представителем организации, которая впоследствии подала заявкуна участие в аукционе».

Суд установил, что у компании имелись все основания для увольнения. В качестве доказательств он принял справку о проведении служебной проверки в отношении заместителя генерального директора по экономике и финансам, а также трудовой договор сотрудника. По мнению суда, в договоре работника и локальном акте учредителя был установлен запрет на разглашение участникам аукциона не только коммерческой тайны, но и любой другой информации о проводимых компанией торгах.

Факт же такого разглашения подтверждается имеющимися в материалах дела документами, в том числе объяснениями самого работника. Истребовать регламент корпорации в качестве доказательств суд первой инстанции не стал.

К заявлению о том, что срок применения взыскания пропущен, судья отнесся критически. Он указал, что согласно материалам дела взыскание было применено в течение месяца после выявления факта разглашения работником конфиденциальной информации, следовательно, предусмотренный законом срок был соблюден. По мнению Сергея Васильева, суд фактически подменил довод работника о нарушении компанией 6-месячного срока на привлечение его к ответственности. При этом суд не смутило то обстоятельство, что сама проверка была проведена почти через год после выявления победителя аукциона. Вместо того, чтобы обратить внимание на этот факт, суд указал, что дисциплинарное взыскание было применено в установленный срок, а именно в течение месяца после его выявления.

 Из решения суда:
«Доводы истца о том, что никакую конфиденциальную информацию он третьим лицам не сообщал, своего подтверждения не нашли и опровергаются материалами дела. Несмотря на отсутствие полномочий по взаимодействию с участниками торгов, работник разгласил информацию, касающуюся существенных условий этих торгов».

Руководствуясь этой логикой, судья отказал работнику в заявленных требованиях. «Мы не могли согласиться с таким решением, поэтому обратились в Мосгорсуд. В жалобе мы еще раз обратили внимание суда на тот факт, что регламент закупочной деятельности, нарушение положений которого вменяли работнику, на самом деле на компанию-работодателя не распространяется, поскольку был издан учредителем. С указанным регламентом работника никто не знакомил, более того, он не был предоставлен и не исследовался в суде первой инстанции. Собственного же регламента проведения закупок у работодателя не было», — рассказывает Сергей Васильев. Несмотря на эти доводы, апелляционная инстанция приобщила представленную работодателем незаверенную копию локального акта учредителя и подтвердила обоснованность выводов районного судьи. Коллегия указала, что при осуществлении закупочной деятельности организация должна руководствоваться, в том числе, локальными актами учредителя. Поскольку нарушенный работником регламент и являлся одним из таких актов, то у работодателя имелись основания для увольнения. Кроме того, материнская компания, которой принадлежал регламент, являлась единственным учредителем организации, где работал сотрудник, и организация эта создавалась специально для обеспечения нужд материнской компании. На этом основании суд пришел к выводу, что знать этот регламент и руководствоваться им в своей деятельности заместитель директора был обязан, несмотря на отсутствие письменного подтверждения об ознакомлении. Довод о нарушении 6-месячного срока на привлечение к ответственности апелляция сочла несостоятельным, поскольку, по мнению суда, факт нарушения истцом своих должностных обязанностей носил длящийся характер.

Скоро в журнале «Юрист компании»
    Узнать больше


    Ваша персональная подборка

      Подписка на статьи

      Чтобы не пропустить ни одной важной или интересной статьи, подпишитесь на рассылку. Это бесплатно.

      Рекомендации по теме

      Академия юриста компании

      Академия

      Смотрите полезные юридические видеолекции

      Смотреть

      Cтать постоян­ным читателем журнала!

      Cтать постоян­ным читателем журнала

      Воспользуйтесь самым выгодным предложением на подписку и станьте читателем уже сейчас

      Живое общение с редакцией

      © Актион кадры и право, Медиагруппа Актион, 2007–2017

      Журнал «Юрист компании» –
      первый практический журнал для юриста

      Использование материалов сайта возможно только с письменного разрешения редакции журнала «Юрист компании».

      Зарегистрировано Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций (Роскомнадзор) Свидетельство о регистрации  ПИ № ФС77-62254 от 03.07.2015

      Политика обработки персональных данных

      
      • Мы в соцсетях
      Сайт использует файлы cookie. Они позволяют узнавать вас и получать информацию о вашем пользовательском опыте. Это нужно, чтобы улучшать сайт. Если согласны, продолжайте пользоваться сайтом. Если нет – установите специальные настройки в браузере или обратитесь в техподдержку.
      Простите, что прерываем ваше чтение

      Это профессиональный сайт для юристов-практиков. Чтобы обеспечить качество материалов и защитить авторские права редакции, мы вынуждены размещать лучшие статьи в закрытом доступе.

      Предлагаем вам зарегистрироваться и продолжить чтение. Это займет всего полторы минуты.

      У меня есть пароль
      напомнить
      Пароль отправлен на почту
      Ввести
      Я тут впервые
      Вы продолжите читать статью через 1 минуту
      Введите эл. почту или логин
      Неверный логин или пароль
      Неверный пароль
      Введите пароль