Вывод активов: правовая позиция ВАС РФ и позиции других судов

4795
Вплоть до последнего дня работы ВАС РФ на его сайте продолжали публиковаться постановления по делам, рассмотренным в порядке надзора. Многие – с яркими прецедентными выводами. Среди них мы выбрали три дела, объединенных одной темой. Это ситуации, когда участники компании или ее кредиторы считают, что имел место недобросовестный вывод активов компании, и пытаются взыскать убытки или (в случае банкротства компании) принять меры, препятствующие уменьшению конкурсной массы.

Вывод активов: правовая позиция ВАС РФ и позиции других судов
Дмитрий Смольников,
заместитель главного редактора журнала «Юрист компании»

Вывод активов и решения ВАС РФ

Вывод активов – традиционно одна из самых болезненных проблем в части поиска эффективных юридических мер для борьбы с ней. Разберемся, какова позиция судов разных инстанций в делах о выводе активов и как учитывается правовая позиция ВАС РФ по этому вопросу.

Из-за недобросовестных действий руководителей компании в одинаково трудном положении могут оказаться не только внешние кредиторы компании, но и ее участники (акционеры), учитывая, что махинации зачастую проворачиваются за их спинами. Среди инструментов, выработанных практикой, – оспаривание подозрительных сделок, возражения против включения подозрительных требований в реестр кредиторов при банкротстве, взыскание убытков непосредственно с бывшего руководителя. Как показывает анализ постановлений Президиума ВАС РФ по конкретным делам, использование этих инструментов не всегда приводит к предсказуемым результатам. Иногда действия, которые навскидку кажутся очевидно недобросовестными, суд в качестве таковых не расценивает. В других ситуациях, наоборот, суд поддерживает требования, хотя с точки зрения формального подхода, казалось, должен был отказать.

Разумеется, в связи с упразднением ВАС РФ и предстоящим пересмотром его позиций Верховным судом возникает логичный вопрос: стоит ли теперь полагаться на надзорные постановления ВАС РФ как на ориентиры для формирования собственной позиции в аналогичных спорах? Будут ли они иметь хотя бы какое-то значение для нижестоящих судов? Увы, стопроцентной гарантии того, что нижестоящий суд с энтузиазмом воспримет ссылку на позицию Президиума ВАС РФ, теперь действительно никто не даст. Но, строго говоря, такой гарантии не было и раньше – нельзя сказать, что все суды неукоснительно следовали указаниям бывшей надзорной инстанции. Кроме того, формально суды по-прежнему вправе ссылаться в мотивировочной части на сохранившие силу постановления Президиума ВАС РФ (ч. 4 ст. 170 АПК РФ). На сегодняшний день ни одно постановление Верховным судом еще не отменено. Наконец, главный аргумент: позиции ВАС РФ взяты не «с потолка», а базируются на толковании норм права. Почувствовав скептический настрой судьи относительно обязательности правовых позиций ВАС РФ, вполне можно построить свои аргументы на аналогичном толковании норм права, даже формально не ссылаясь на конкретное постановление Президиума.

Дело № 1: вывод активов накануне банкротства

Федеральный закон от 26.10.02 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – закон № 127-ФЗ) допускает оспаривание подозрительных сделок банкротящейся компании, совершенных в трехлетний период до принятия судом заявления о признании компании банкротом или уже после принятия этого заявления. Проще говоря, имеются в виду сделки по выводу активов из компании, которая уже находится в неудовлетворительном финансовом положении. Условиями для оспаривания таких сделок является их совершение с целью причинения имущественного вреда кредиторам и осведомленность об этом контрагента по сделке (п. 2 ст. 61.2 закона № 127-ФЗ). Несколько лет назад Пленум ВАС РФ разъяснил, что нужно доказать еще и факт причинения вреда кредиторам (п. 5 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.10 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона „О несостоятельности (банкротстве)“»).

На практике подозрения о выводе активов в преддверии банкротства вызывают не только договоры купли-продажи активов, их предоставления в качестве отступного, в залог и т. д., но и сделки по отчуждению имущества путем его внесения в качестве вклада в уставный капитал другой компании. Особенно если оценка такого неденежного вклада заметно занижена по сравнению с рыночной стоимостью. Подобная ситуация стала предметом рассмотрения в постановлении Президиума ВАС РФ от 11.03.14 № 14768/13 по делу № А40-79862/11-123-384Б. Причем, с точки зрения выводов Президиума ВАС РФ, такие сделки оказались почти недосягаемыми для оспаривания, если материнская компания получила стопроцентное участие в дочерней.

Фабула дела о выводе активов

В 2011 году по заявлению одного из кредиторов было возбуждено дело о банкротстве акционерного общества (далее – ОАО). ОАО признали банкротом, в отношении него открыли конкурсное производство. За два года до этого ОАО приняло решение о создании дочернего общества (далее – ЗАО), выступив его единственным учредителем. Стопроцентный пакет акций учредитель оплатил частью своего недвижимого имущества, а в дальнейшем акции были отчуждены третьим лицам. После того как материнская компания была признана банкротом, конкурсный управляющий посчитал передачу имущества в уставный капитал притворной сделкой, совершенной только для вывода активов. По мнению управляющего, отчуждение этого имущества при оплате акций произошло по заниженной оценке, по сравнению с рыночной стоимостью, что привело к уменьшению конкурсной массы. Управляющий обратился в суд с заявлением о признании сделки недействительной.

Позиция нижестоящих судов

Арбитражные суды первой и апелляционной инстанций в удовлетворении требований отказали. По их мнению, управляющий не доказал совокупность обстоятельств вывода активов, предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 закона № 127-ФЗ. Материнская компания, утратив право на переданное в уставный капитал недвижимое имущество, взамен получила стопроцентный пакет акций дочернего общества, а значит, причинить вред кредиторам эта сделка не могла. Рыночная стоимость дочерней компании соответствовала рыночной стоимости внесенного в ее уставный капитал имущества. Также суды указали, что последующее отчуждение акций не подтверждает возникновение убытков, потому что сами сделки по продаже акций управляющий не оспаривал. Довод о притворности сделки суды тоже не поддержали, поскольку при совершении притворной сделки у сторон отсутствует намерение по ее исполнению и их действия направлены на создание правовых последствий прикрываемой сделки. В данном же случае сделка по внесению имущества в уставный капитал была полностью исполнена – переход права собственности на объекты недвижимости зарегистрирован в ЕГРП, и материнская компания получила права на стопроцентный пакет акций.

Однако кассационная инстанция вернула дело на новое рассмотрение, отметив, что суды не исследовали вопрос о достоверности денежной оценки недвижимости, переданной в оплату уставного капитала.

Правовая позиция ВАС РФ

Президиум ВАС РФ отменил постановление кассации и подтвердил позицию нижестоящих судов. Он указал, что вопрос о достоверности оценки недвижимости при передаче в уставный капитал вообще не имел значения для данного спора. Дело в том, что единственный учредитель при оплате акций неденежными средствами получает эквивалентный актив (стопроцентный пакет акций), которым и гарантируются требования кредиторов. Стоимость активов создаваемого общества (и как следствие рыночная стоимость его акций) определяется не оценкой вклада в уставный капитал, а рыночной стоимостью этого имущества, когда оно уже внесено в уставный капитал. Поэтому даже если оценка вклада была занижена, это, по мнению Президиума ВАС РФ, не могло причинить вред кредиторам материнской компании.

Мажоритарный акционер банкротящегося ОАО пытался оспорить его решение о создании дочернего общества, но тоже безрезультатно. Суды не усмотрели каких-либо нарушений при создании новой компании. Более того, они отметили, что удовлетворение заявленных требований не повлечет за собой реального восстановления прав истца, о нарушении которых он заявил (не повлечет фактического перехода прав собственности на имущество, за счет которого сформирован уставный капитал «дочки»). В передаче этого дела на рассмотрение Президиума ВАС РФ было отказано (см. определение ВАС РФ от 20.01.13 по делу № А40-131260/11).

ЦИТИРУЕМ ДОКУМЕНТ

Единственный учредитель при оплате акций неденежными средствами получает эквивалентный актив – 100-процентный пакет акций образованного им общества и приобретает корпоративные полномочия высшего органа управления нового акционерного общества <…>. Само по себе совершение сделки по внесению единственным учредителем имущества в уставный капитал не влечет причинения вреда имущественным интересам кредиторов учредителя вне зависимости от номинальной стоимости выпущенных при создании дочернего общества акций и оценки неденежного вклада в уставный капитал. Требования кредиторов учредителя гарантируются размещенным при создании нового акционерного общества 100-процентным пакетом акций. <…> Вопреки позиции суда кассационной инстанции разрешение вопроса о том, является ли достоверной определенная учредителем при создании нового общества оценка внесенного в уставный капитал имущества, не имело правового значения для правильного рассмотрения настоящего спора (постановление Президиума ВАС РФ от 11.03.14 № 14768/13).

Из приведенного постановления можно сделать следующий вывод: кредиторам компании, которая в преддверии банкротства создала стопроцентную дочернюю компанию, нет смысла оспаривать сделку по внесению имущества в уставный капитал. Если компания-банкрот в дальнейшем передала свою долю в «дочке» третьим лицам, то именно в этой сделке стоит поискать основания для оспаривания.

Стоит подчеркнуть, что факт именно стопроцентного участия банкротящегося ОАО в созданной дочерней компании, по всей видимости, имел в данном деле определяющее значение. Нижестоящие суды, рассматривая аналогичные дела, как правило, и раньше исходили из необходимости сопоставлять стоимость имущества, внесенного в качестве вклада в уставный капитал, с размером доли в уставном капитале, которую получала компания-учредитель. Иными словами, доказательства занижения оценки имущества, внесенного в качестве вклада, имеют значение. Но только для целей их сопоставления с размером доли, которую получил учредитель. А размер доли важен лишь тогда, когда она не стопроцентная. Только в таком случае занижение стоимости вклада влечет и занижение размера доли, а значит, и гарантий кредиторов учредителя в случае обращения взыскания на долю (см., например, постановления ФАС Северо-Западного округа от 07.08.13 по делу № А56-32216/2010, Центрального округа от 21.05.13 по делу № А68-7221/10).

Позиция о том, что в случае получения стопроцентного участия в обществе оценка вклада не имеет значения, применяется и в тех случаях, когда имуществом оплачиваются доли в ООО, а не АО, потому что и акции, и доля дают владельцу комплекс схожих имущественных и неимущественных прав (см. постановление ФАС Дальневосточного округа от 26.05.14 по делу № А73-10456/2012).

Этот подход сохранился и сейчас. Так, в одном из дел, рассмотренных уже после появления постановления Президиума ВАС РФ от 11.03.14 № 14768/13, суды признали недействительной сделку по передаче недвижимости компании-банкрота в качестве вклада в уставный капитал новой компании. В том числе они учли, что оценка этой недвижимости при внесении вклада была занижена, по сравнению с рыночной ценой. Ответчики пытались обжаловать решение, ссылаясь как раз на свежую позицию Президиума ВАС РФ. Однако суд кассационной инстанции заметил, что в деле, рассмотренном ВАС РФ, были иные обстоятельства (учредитель взамен внесенного в уставный капитал имущества получил стопроцентную долю участия в созданном обществе), тогда как в данном деле обанкротившийся учредитель получил лишь 43 процента в уставном капитале, а если бы оценка его вклада не была занижена, то доля составила бы 70 процентов (постановление ФАС Московского округа от 07.05.14 по делу № А40-130686/2009). В такой ситуации нарушение интересов кредиторов в виде вывода активов очевидно.

Вывод активов накануне банкротства в уставный капитал стопроцентной «дочки» не нарушает прав кредиторов

Ключевой вывод: Если компания в предбанкротном состоянии создает «дочку» со стопроцентным участием и передает в ее уставный капитал ценные активы, то занижение их оценки не имеет значения для оспаривания этой сделки как подозрительной.

Передача активов в уставный капитал дочерней компании сама по себе не нарушает прав кредиторов. Если в дальнейшем доля в уставном капитале «дочки» была отчуждена материнской компанией, то кредиторам лучше сосредоточиться на оспаривании этой сделки.

Дело № 2: вывод активов в виде выдачи поручительства

Компания накануне банкротства выдает поручительство по долгам другой компании. Между этими компаниями прослеживается корпоративная связь. В описанных обстоятельствах выдача поручительства выглядит весьма подозрительно, потому что похожа на типичную схему по искусственному формированию долгов в преддверии банкротства, чтобы не отвечать по реальным долгам вследствие вывода активов. Однако Президиум ВАС РФ в постановлении от 11.02.14 № 14510/13 по делу № А67-6922/2011 дал понять, что чисто формальная оценка подобной ситуации без подробного экономического анализа не дает оснований считать поручительство сделкой со злоупотреблением правом. Наличие корпоративной или иной связи между поручителем и должником само по себе еще не свидетельствует о наличии злоупотребления правом при предоставлении обеспечения.

Фабула дела о выводе активов

Банк заключил с двумя компаниями (далее – должники) несколько кредитных договоров. Третья компания выступила поручителем по этим соглашениям и обязалась отвечать перед банком солидарно с должниками, хотя сама в это время (как выяснилось позднее) находилась в неудовлетворительном финансовом положении. Директор компании-поручителя одновременно входил в состав учредителей компаний-должников и тоже выдал личное поручительство за них. Должники вовремя денежные средства банку не вернули, а поручитель был признан банкротом. В рамках дела о его банкротстве банк обратился в суд с заявлением о включении задолженности по кредитным договорам в реестр требований кредиторов. Внешний управляющий, действуя в интересах других кредиторов компании-поручителя, против требования банка возражал.

Позиция нижестоящих судов

Суд счел требования банка необоснованными и не стал включать их в реестр. Апелляционная и кассационная инстанции с этим решением согласились. Все три инстанции сослались на то, что поручитель при предоставлении обеспечения находился в неудовлетворительном финансовом положении, договоры поручительства, направленные на отчуждение имущества без получения встречного предоставления, не имели экономического смысла, и между директором компании-поручителя и компаниями-должниками имелась корпоративная связь. По мнению судов, директор компании-поручителя действовал недобросовестно. Кроме того, суды учли, что договоры поручительства директор заключил от имени компании без необходимого одобрения совета директоров.

С учетом указанных выше обстоятельств суды квалифицировали договоры поручительства как ничтожные, совершенные со злоупотребление правом (ст. 10, 168 ГК РФ). Суды сослались при этом на защиту прав и законных интересов остальных кредиторов компании-поручителя. Сделки, совершенные должником в банкротстве, могут признаваться недействительными как по специальным основаниям, указанным в законе о банкротстве (глава III.1 закона № 127-ФЗ), так и по общим основаниям, указанным в гражданском законодательстве (глава 9 ГК РФ). В частности, сделку можно признать недействительной, если она направлена на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в том числе в виде вывода активов. Основанием для оспаривания такой сделки является недопустимость злоупотребления правом (ст. 10 ГК РФ).

Правовая позиция ВАС РФ

Президиум ВАС РФ с подходом нижестоящих судов не согласился и вернул дело на новое рассмотрение. Ключевой аргумент: суды не могли сделать вывод об отсутствии экономического смысла в поручительстве, потому что вообще не исследовали экономические связи между должниками и поручителем. Кроме того, наличие корпоративных связей между директором компании-поручителя и должниками и даже личная заинтересованность директора сами по себе, при наличии экономической целесообразности поручительства, не подтверждают порочность сделки по выдаче поручительства и не могут лишать формальный вывод активов юридической силы. Поручительство, как правило, и выдается при корпоративных или иных связях (то есть Президиум ВАС РФ подчеркнул, что это вполне нормальная ситуация, а не признак порочности сделки).

В этом споре договоры заключались в период действия прежней редакции Гражданского кодекса, согласно которой сделки, противоречащие закону (ст. 168 ГК РФ), признавались ничтожными. Согласно действующей в 2014 году редакции такие сделки являются по общему правилу оспоримыми и лишь в исключительных случаях ничтожными. Один из таких исключительных случаев – посягательство на интересы третьих лиц. То есть не исключено, что сделки, противоречащие закону и нарушающие интересы иных кредиторов одной из сторон, будут признаваться ничтожными.

ЦИТИРУЕМ ДОКУМЕНТ

Суды акцентировали свое внимание лишь на том, что генеральный директор общества «ТПО «Контур» " <…> являлся участником обществ «Фирма „Стек“ и „Стек-Контур“» <…>, а также еще одним поручителем по обязательствам последних по спорным кредитным соглашениям перед Банком ВТБ, вследствие чего сделали вывод о личной заинтересованности генерального директора в заключении договоров поручительства и о злоупотреблении последним его правом. Однако установление данного обстоятельства, тем более с учетом экономической целесообразности заключения спорных договоров поручительства, не может свидетельствовать о справедливости лишения таких договоров юридической силы. Поручительство, как правило, и выдается при наличии корпоративных либо иных связей между поручителем и должником, в силу чего один лишь факт, что поручительство дано при названных обстоятельствах, сам по себе не подтверждает порочность сделки по выдаче такого обеспечения (постановление Президиума ВАС РФ от 11.02.14 № 14510/13).

Заключение договора поручительства может быть вызвано наличием у заемщиков и поручителей в момент выдачи поручительства общих экономических интересов. Такой вывод следует из разъяснений, содержащихся в пункте 9 постановления Пленума ВАС РФ от 12.07.12 № 42 «О некоторых вопросах разрешения споров, связанных с поручительством» (далее – постановление № 42) и пункте 15.1 постановления № 32.

ЦИТИРУЕМ ДОКУМЕНТ

Если заключение договора поручительства было вызвано наличием у поручителя и должника в момент выдачи поручительства общих экономических интересов (например, основное и дочернее общества, преобладающее и зависимое общества, общества, взаимно участвующие в капиталах друг друга, лица, совместно действующие на основе договора простого товарищества), то последующее отпадение этих интересов не влечет прекращения поручительства (абз. 2 п. 9 постановления № 42).

…Если другая сторона сделки докажет, что целью сделки не было причинение убытков кредиторам или должнику либо что на момент совершения сделки она не знала и не должна была знать о такой цели сделки, то по смыслу пункта 2 статьи 103 Закона «о банкротстве» сделка не может быть признана судом недействительной.

В частности, при рассмотрении требования об оспаривании <…> договора поручительства (залога) <…> могут приниматься во внимание следующие обстоятельства: были ли должник и заинтересованное лицо платежеспособными на момент заключения оспариваемого договора, было ли заключение такого договора направлено на реализацию нормальных экономических интересов должника (например, на получение заинтересованным лицом кредита для развития его общего с должником бизнеса) <…> (п. 15.1 постановления № 32).

В данном случае банк заявлял суду о том, что в выдаче поручительства был экономический смысл: у компании-поручителя имелись долги перед компаниями, за которые она поручилась, как раз примерно в таком же размере, что и их кредитные обязательства, обеспеченные поручительством. Следовательно, между компаниями сложились определенные хозяйственные связи, которые вполне могли обусловить экономическую целесообразность поручительства. Но суды эти обстоятельства не приняли во внимание, акцентировав внимание только на наличии корпоративной связи между должниками и поручителем, причем истолковав ее не в пользу поручительства.

Ранее схожую позицию применительно к рассмотрению возражений об оспоримости сделок по специальным основаниям, указанным в законе о банкротстве, занял Пленум ВАС РФ в постановлении от 23.12.10 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона „О несостоятельности (банкротстве)“». Что касается выхода директора при заключении договоров поручительства за пределы полномочий (отсутствие одобрения от совета директоров, которое требовалось согласно уставу компании-поручителя), то это обстоятельство тоже не является основанием для того, чтобы отказывать во включении требований из договоров поручительства в реестр.Нарушение корпоративных процедур одобрения сделки влечет не ничтожность, а только оспоримость договоров поручительства. Но требований об их признании недействительным по такому основанию в данном случае никто не заявлял.

Таким образом, общий тренд, который Президиум ВАС РФ задал в постановлении от 11.02.14 № 14510/13, заключается в следующем: в случае банкротства поручителя суд не должен формально оценивать наличие корпоративной связи между поручителем и должником как безусловное основание для признания поручительства недействительной сделкой по выводу активов. Главное – проверка экономической целесообразности в выдаче поручительства. А она может быть связана с самыми разными обстоятельствами, не ограничиваясь такими явными видами связи между поручителем и должником, которые прямо названы в пункте 9 постановления № 42 и пункте 15.1 постановления № 32.

В целом постановление от 11.02.14 № 14510/13 стало продолжением общей тенденции по борьбе ВАС РФ с практикой «сбрасывания» поручительства по чисто формальным причинам. Кстати, похоже, что эту тенденцию восприняла коллегия по экономическим спорам Верховного суда (см. определение Верховного суда РФ от 15.09.14 № 305-ЭС14-68 по делу № А40-33110/2013).

Поручительство за аффилированное лицо перед банкротством не говорит о злоупотреблении в виде вывода активов

Ключевой вывод: выдачу поручительства в предбанкротном состоянии по долгам аффилированного лица нельзя автоматически расценивать как недобросовестные действия по выводу активов.

Главное, что следует проверить в подозрительном поручительстве, – его экономическую целесообразность для поручителя. Она может быть связана с разными обстоятельствами.

Дело № 3: ответственность директора за вывод активов

В 2013 году Пленум ВАС РФ принял знаковое постановление об ответственности руководителей компании за неразумные и недобросовестные действия – постановление от 30.07.13 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее – постановление № 62). В числе прочего там было указано, что директор компании отвечает за выбор ее представителей и контрагентов. Наглядный пример ответственности директора за действия представителя по доверенности продемонстрировало надзорное постановление Президиума ВАС РФ от 21.01.14 № 9324/13 по делу № А12-13018/2011.

Фабула дела о выводе активов

Директор завода выдал физическому лицу доверенность на совершение любых сделок и подписание иных необходимых документов, связанных с деятельностью завода. Представитель провернул ряд сделок, лишивших завод ряда ценных активов без встречного предоставления. Для начала представитель заключил с другим физическим лицом договор инвестирования, по которому это физлицо обязалось в качестве инвестора передать заводу 100 млн рублей на реконструкцию производственного комплекса, а завод после проведения работ должен был передать инвестору право собственности на несколько реконструируемых объектов недвижимости производственного назначения. Затем тот же представитель подписал с инвестором протокол согласования расчетов, из которого следовало, что инвестор перечислил 100 млн рублей не напрямую заводу, а третьему лицу – постороннему ООО. Чуть ранее представитель завода подписал с этим ООО договор займа: завод предоставлял данному обществу 100 млн рублей в заем, а общество в обеспечение своих обязательств по возврату денег предоставило заводу вексель третьего лица. Разумеется, вексель тоже был передан по акту непосредственно представителю, и завод его так и не получил.

Поскольку обязательства инвестора перед заводом считались исполненными, он уступил свое право требования объектов недвижимости другому лицу, которое через некоторое время и предъявило права на них. Завод пытался судиться, но безуспешно – в итоге необходимые для производственной деятельности объекты отошли в собственность постороннего лица. Что касается представителя по доверенности, заключившего все эти сделки по выводу активов от имени завода, то он к тому времени уже был объявлен в международный розыск по подозрению в совершении ряда преступлений. Стоит ли говорить, что вексель тоже бесследно исчез.

В дальнейшем инвестиционный договор все-таки был успешно оспорен как недействительная сделка. При этом требования о применении последствий недействительности не заявлялись и суд такие последствия не применил.

В данной ситуации имелись основания для оспаривания договора инвестирования – дело в том, что это была крупная сделка и она не прошла необходимую процедуру одобрения. Но применение последствий недействительности сделки в виде реституции означало бы, что заводу, получившему назад свои объекты недвижимости, тоже пришлось бы «вернуть» другой стороне те 100 млн рублей, которые в реальности до завода так и не дошли.

В таких обстоятельствах оставался только один шанс получить возмещение убытков, которые понес завод, а именно, потребовать компенсации за вывод активов с бывшего директора завода (п. 2 ст. 71 Федерального закона от 26.12.95 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах», далее – закон № 208-ФЗ). Ведь вся эта ситуация стала возможной благодаря тому, что директор предоставил практически неограниченные полномочия представителю по доверенности. Иск о взыскании убытков (100 млн рублей) в пользу завода подал его единственный акционер. Точнее, от его имени в суд обратился арбитражный управляющий, так как в отношении компании, являющейся акционером завода, к тому времени был запущен процесс банкротства.

Позиция нижестоящих судов

Дело о выводе активов прошло два круга рассмотрения. Сначала иск был удовлетворен, но затем кассационная инстанция вернула дело на новое рассмотрение, в ходе которого в иске было отказано. Отказное решение поддержали апелляция и кассация. Суды посчитали, что истец не доказал противоправность поведения директора и причинно-следственную связь между его действиями и убытками завода. Также суды решили, что директор, выдавая доверенность физическому лицу, действовал в пределах разумного и допустимого предпринимательского риска. Кроме того, поскольку во время второго круга рассмотрения этого дела договор инвестирования уже был признан недействительным в рамках другого спора, суды сослались на то, что завод не лишен возможности истребовать спорное имущество (объекты недвижимости) из чужого незаконного владения или заявить иск о реституции.

Правовая позиция ВАС РФ

Президиум ВАС РФ отменил судебные акты и вернул дело о выводе активов на новое рассмотрение. Он указал, что директор как единоличный исполнительный орган общества приобретает свой статус, а значит, и полномочия заключать сделки от имени общества и вести оперативное руководство его деятельностью в особом порядке. Этот порядок предполагает выражение согласия со стороны большинства акционеров на общем собрании либо членов совета директоров (ст. 69 закона № 208-ФЗ). При необходимости с учетом характера и масштаба хозяйственной деятельности директор вправе привлекать третьих лиц и предоставлять им полномочия действовать от имени компании. Однако в случаях недобросовестного и (или) неразумного выбора и контроля за действиями (бездействием) представителей, контрагентов по гражданско-правовым договорам, работников компании, а также ненадлежащей организации системы управления компанией директор отвечает перед компанией за причиненные в результате этого убытки (п. 3 ст. 53 ГК РФ, п. 5 постановления № 62). В данном случае, по мнению Президиума ВАС РФ, действия директора по практически полному делегированию представителю по доверенности своих полномочий нельзя признать разумными, соответствующими обычной деловой практике. Директор должен был обосновать это свое решение, но он этого в рамках спора не сделал.

ЦИТИРУЕМ ДОКУМЕНТ

Из материалов дела следует, что ответчик выдал <…> доверенность с объемом полномочий, фактически равным своим. В отсутствие какого-либо обоснования подобные действия единоличного исполнительного органа, не обусловленные характером и масштабом хозяйственной деятельности общества, не могут быть признаны разумными, то есть соответствующими обычной деловой практике. В этом случае при отсутствии объективных обстоятельств, свидетельствующих о разумной возможности делегирования своих полномочий, директор должен доказать, что его действия по передаче своих полномочий другому лицу были добросовестными и разумными, а не ограничиваться формальной ссылкой на наличие у него безусловного права передавать такие полномочия любому лицу. К тому же ответчик в ходе рассмотрения дела уклонился от пояснения того, какие деловые цели он преследовал, принимая такое решение (постановление Президиума ВАС РФ от 21.01.14 № 9324/13).

Иными словами, Президиум ВАС РФ наглядно показал действие принципа, заложенного в постановлении № 62: истцу, утверждающему, что действия директора по выводу активов были неразумными и (или) недобросовестными, достаточно доказать, что поведение директора отклонялось от пределов обычного делового риска (стандарта поведения «абстрактного хорошего директора»). В таком случае на директора переходит бремя доказывания обратного (обосновать причины своих поступков и решений). В рамках данного дела Президиум ВАС РФ подчеркнул, что выдача генеральной доверенности на заключение любых сделок и подписание любых документов от имени компании явно отклоняется от пределов обычного делового риска. Значит, именно директор должен был доказать разумность и добросовестность своих действий, а не истец представлять какие-либо дополнительные доказательства неразумности и недобросовестности выдачи такой доверенности и отсутствия контроля за действиями представителя.

Кстати, в заседании Президиума ВАС РФ представитель ответчика объяснил выдачу такой неограниченной доверенности тем, что представитель, которому она была выдана, на самом деле являлся конечным бенефициаром завода. ВАС РФ указал нижестоящим судам на необходимость исследовать этот довод, но с учетом «проверки нарушения прав и законных интересов акционеров, которым закон гарантирует возможность принимать участие в выборе лица, имеющего право представлять интересы общества в качестве единоличного исполнительного органа». Это указание можно понять как намек на то, что даже если представитель действительно был конечным бенефициаром завода, это не отменяет того, что директор назначается акционерами (а не конечным бенефициаром), следовательно, акционеры вправе требовать возмещения убытков, причиненных компании и в этом случае тоже.

Что касается ссылок нижестоящих судов на имевшуюся у завода возможность компенсировать свои убытки иными способами, то Президиум ВАС РФ напомнил о пункте 8 постановления № 62, согласно которому удовлетворение требования о взыскании с директора убытков не зависит от того, имелась ли возможность возместить имущественные потери с помощью иных способов защиты прав. Единственное исключение – если компания уже возместила свои потери от вывода активов другими способами. Но в данном случае сведений о возмещении убытков с помощью иных мер у судов не было.

Директор отвечает за неосмотрительную выдачу доверенности, если представитель выводом активов причинил компании убытки

Ключевой вывод: директора можно привлечь к ответственности за убытки, причиненные компании действиями представителя, которому директор выдал доверенность. Выдача директором компании доверенности с объемом полномочий, фактически равным его полномочиям, не соответствует обычной деловой практике.

Директор должен обосновать конкретные причины выдачи доверенности со столь широкими полномочиями. Ссылка на формальное право директора выдавать доверенности от лица компании полноценным обоснованием не считается.

Позиция судов в отношении решений ВАС РФ

Позиция арбитражных судов пока не определена

Вывод активов: правовая позиция ВАС РФ и позиции других судов
Илья Дедковский, старший юрист адвокатского бюро КИАП

Арбитражные суды пока не определились, как воспринимать последнюю практику ВАС РФ. И их можно понять: уже не раз заявлялось о том, что некоторые решения ВАС РФ вызывают сомнения и будут пересмотрены. Так, в одном из дел суд первой инстанции прервал нашего оппонента, пытавшегося сослаться на практику ВАС РФ, словами: «Практику суда забыли, есть нормы закона». В другом деле судьи кассационной инстанции, напротив, очень много ссылались на практику ВАС РФ, обсуждая с заявителем доводы его кассационной жалобы. Суд интересовало мнение заявителя по поводу того, подлежит ли применению конкретное постановление Президиума ВАС РФ в данном деле. Еще в одном деле суд апелляционной инстанции просто проигнорировал позицию истца, ссылавшегося на постановление Президиума ВАС РФ. Примечательно, что в том деле суд апелляционной инстанции сделал это дважды – сначала во время рассмотрения вопроса о наличии оснований для пересмотра ранее принятого постановления по новым обстоятельствам, а потом (после отмены отказного постановления кассационным судом) – уже при рассмотрении дела по существу.

Справедливости ради надо отметить, что и до упразднения ВАС РФ арбитражные суды не всегда следовали его правовым позициям, ссылаясь на то, что надзорное постановление Президиума ВАС РФ было принято при других фактических обстоятельствах. Один из таких случаев даже дошел до Президиума ВАС РФ, который в итоге сам же и применил свою позицию. Но судебная реформа, конечно, эту ситуацию усугубила. По нашим наблюдениям, арбитражные суды еще до вступления в силу закона об упразднении ВАС РФ стали меньше ориентироваться на его практику.

Нижестоящие суды не перестали учитывать позицию ВАС РФ

Вывод активов: правовая позиция ВАС РФ и позиции других судов
Дмитрий Костальгин, к. э. н., управляющий партнер юридической компании Taxadvisor

Судя по своей практике, могу сказать, что после упразднения ВАС РФ нижестоящие арбитражные суды не перестали учитывать и применять правовые позиции ВАС РФ при вынесении решений. Впрочем, не так давно у меня был случай, когда суд апелляционной инстанции прямо проигнорировал одно из последних постановлений Пленума ВАС РФ по лизингу. Правда, это решение апелляции затем отменила кассационная инстанция.

В целом активность в применении нижестоящими судами правовых позиций ВАС РФ во многом будет связана с тем, станет ли следовать этим позициям новый Верховный суд. А точнее – Судебная коллегия по экономическим спорам. Иными словами, будет ли коллегия отменять решения, если нижестоящие арбитражные суды проигнорируют позиции упраздненного ВАС РФ. По крайней мере, первое решение Судебной коллегии в качестве второй кассации по налоговому спору дает такую надежду (определение от 17.09.14 № 305-ЭС14-1210 по делу № А40-14698/13). В этом деле судьи отменили решение кассации, в котором были проигнорированы позиции ВАС РФ о порядке использования сертификатов резидентства.



Подписка на статьи

Чтобы не пропустить ни одной важной или интересной статьи, подпишитесь на рассылку. Это бесплатно.

Академия юриста компании

Академия

Смотрите полезные юридические видеолекции

Смотреть

Cтать постоян­ным читателем журнала!

Cтать постоян­ным читателем журнала

Воспользуйтесь самым выгодным предложением на подписку и станьте читателем уже сейчас

Живое общение с редакцией

Рассылка

© Актион кадры и право, Медиагруппа Актион, 2007–2016

Журнал «Юрист компании» –
первый практический журнал для юриста

Использование материалов сайта возможно только с письменного разрешения редакции журнала «Юрист компании».


  • Мы в соцсетях

Входите! Открыто!
Все материалы сайта доступны зарегистрированным пользователям. Регистрация займет 1 минуту.

У меня есть пароль
напомнить
Пароль отправлен на почту
Ввести
Я тут впервые
И получить доступ на сайт
Займет минуту!
Введите эл. почту или логин
Неверный логин или пароль
Неверный пароль
Введите пароль
×
Только для зарегистрированных пользователей

Всего минута на регистрацию и документы у вас в руках!

У меня есть пароль
напомнить
Пароль отправлен на почту
Ввести
Я тут впервые
И получить доступ на сайт
Займет минуту!
Введите эл. почту или логин
Неверный логин или пароль
Неверный пароль
Введите пароль
×

Подпишитесь на рассылку. Это бесплатно.

В рассылках мы вовремя предупредим об акции, расскажем о новостях в работе юриста и изменениях в законодательстве.