Неосновательное обогащение от получения дохода

97

Вопрос

Является ли неосновательным обогащением получение дохода от сдачи в аренду недвижимого имущества за период: от даты решения суда о признании сделки недействительной (подлежит возврату в конкурсную массу) до даты прекращения права собственности в Росреестре?

Ответ

Да, является. Лицо, которое неосновательно получило или сберегло имущество, обязано возвратить или возместить потерпевшему все доходы, которые оно извлекло или должно было извлечь из этого имущества с того времени, когда узнало или должно было узнать о неосновательности обогащения. На сумму неосновательного денежного обогащения подлежат начислению проценты за пользование чужими средствами (статья 395) с того времени, когда приобретатель узнал или должен был узнать о неосновательности получения или сбережения денежных средств (ст. 1107 ГК РФ).

В предмет доказывания по делу входит установление фактов нахождения спорного имущества у ответчика без оснований его удержания, периода такого нахождения, а также размера неосновательного обогащения ответчика, т. е. наличие имущественной выгоды в результате названного обстоятельства.

Обоснование данной позиции приведено ниже в материалах «Системы Юрист».

Комментарий к ст. 1102 ГК РФ

«Статья 1102. Обязанность возвратить неосновательное обогащение

1. Лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.*

2. Правила, предусмотренные настоящей главой, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли.

_________________________

1. Обязательство из неосновательного обогащения, или, что одно и то же, кондикционное обязательство, относится к числу охранительных обязательств. Его содержание образуют требование о возврате неосновательного обогащения, которое иначе называют кондикцией (condictio) или притязанием из неосновательного обогащения, и корреспондирующая этому требованию обязанность возвратить неосновательное обогащение. Пункт 1 коммент. ст. связывает возникновение обязательства из неосновательного обогащения со следующими предпосылками:

1) наличие обогащения на стороне приобретателя. Под обогащением приобретателя понимается полученная им имущественная выгода. Она может состоять в приобретении права (например, права собственности или требования), приобретении владения вещью, пользовании чужим имуществом или чужими услугами, а также в освобождении от долга (см.: Oser H., Schonenberger W. Das Obligationenrecht. Allgemeiner Teil (Art. 1−183). 2 Aufl. Zürich, 1929. S. 430; Крашенинников Е. А. Фактический состав возникновения обязательства из неосновательного обогащения // Очерки по торговому праву. Ярославль, 2008. Вып. 15. С. 58−59).

Неосновательное обогащение приобретателя чаще всего возникает через предоставление самого потерпевшего или третьего лица. Так, например, А., будучи признанным судом недееспособным, продает свой компьютер Б. и через какое-то время (после того как суд признает А. дееспособным) передает его в собственность покупателю. Поскольку передача компьютера в собственность есть абстрактная сделка, она обосновывает переход права собственности к Б. и при недействительности лежащей в ее основании каузальной сделки. Поэтому А. не причитается виндикационное притязание против Б. Но так как Б. приобрел право собственности на компьютер и тем самым обогатился без правового основания, он обязан возвратить неосновательное обогащение своему контрагенту по абстрактной сделке.

Примером неосновательного обогащения, возникшего у приобретателя через предоставление третьего лица, служит следующий случай. А. уполномочивает Б. на то, чтобы распорядиться от собственного имени вещью А. Соответственно этому Б. продает и передает вещь в собственность В. Если договор купли-продажи является ничтожным, а передача вещи в собственность — действительной, то В. приобретает право собственности на вещь через лишенное правового основания предоставление Б. Но неосновательное обогащение В. возникает за счет А., который вследствие распоряжения Б, действительного в силу данного ему уполномочия, утратил право собственности на вещь. В рассматриваемом случае притязание из неосновательного обогащения причитается не А., а Б. Ведь если бы оно причиталось А., то В. не мог бы противопоставить ему, что он, со своей стороны, имеет требование о возврате уплаченной им Б. покупной цены, потому что это требование направляется лишь против Б. Однако Б. не может требовать от В. перенесения на себя права собственности на вещь, так как он не являлся ее собственником. Причитающееся Б. притязание из неосновательного обогащения направлено на возврат ему владения вещью с одновременным обратным перенесением права собственности на того, кому оно принадлежало, стало быть, на А. (см.: Larenz K. Lehrbuch des Schuldrechts. 11 Aufl. München, 1977. Bd. 2. S. 477).*

Неосновательное обогащение может также возникнуть через действие приобретателя, которое представляет собой вторжение в чужое право. Так, например, обстоит дело, если кто-то неправомерно использует не принадлежащую ему вещь. Полученная выгода здесь лежит уже в произведенном пользовании вещью. Поскольку возвращение этой выгоды невозможно в связи с характером полученного, возмещению подлежит ее объективная стоимость (п. 2 ст. 1105 ГК).

О вторжении в чужое право речь идет и в следующем случае. А. (хранитель) продает принадлежащую Б. (поклажедателю) вещь В. (добросовестному приобретателю) и передает ему в собственность. Согласно п. 1 ст. 302 ГК В. приобретает право собственности на вещь за счет Б., который тем самым его утрачивает. Но В. получил право собственности через предоставление А., и в отношении предоставления А. — В. существовало правовое основание. Поэтому Б. не имеет кондикции против В. Но ему предоставляется направленная против А. кондикция из вторжения на то, что тот получил благодаря распоряжению, т. е. на покупную цену, потому что она есть эквивалент уплаченной Б. вещи и, следовательно, по распределяющей функции права собственности причитается не А., а Б.

И наконец, неосновательное обогащение может явиться результатом события. Это имеет место, когда перемещение имущества (например, заготовленного для сплава или сплавляемого леса), которое приводит к смешению движимых вещей разных собственников, вызывается фактическими процессами (например, половодьем или течением реки);

2) получение обогащения за счет потерпевшего. Обязательство из неосновательного обогащения возникает лишь в том случае, если обогащение приобретателя происходит за счет другого лица (потерпевшего). По мнению некоторых цивилистов, слова «за счет другого лица» предполагают, что обогащению имущества на одной стороне соответствует уменьшение имущества на другой стороне. Однако обогащение приобретателя может и не сопровождаться обеднением потерпевшего. Как справедливо отмечается в литературе, при неосновательном обогащении, возникающем через вторжение приобретателя в чужое право, слова «за счет другого лица» не означают, что на стороне потерпевшего должно наступить эффективное уменьшение имущества (см.: Büren B. Schweizerisches Obligationenrecht. Allgemeiner Teil. Zürich, 1964. S. 309; Wieling H. J. Bereicherungsrecht. 2 Aufl. Berlin; Heidelberg; N. Y., 1998. S. 47). Достаточно того, чтобы выгода причиталась потерпевшему по распределению благ. При этом не имеет значения, получил ли бы он эту выгоду. Тот, кто неправомерно пользуется чужой вещью и благодаря этому сберегает затраты, должен возместить ее собственнику стоимость пользования, даже если собственник в это время не пользовался бы вещью и ее стоимость не уменьшилась вследствие пользования или уменьшилась лишь несущественно (см.: Larenz K. Op. cit.

S. 475);

3) отсутствие правового основания обогащения. Вопрос о том, когда обогащение лишено правового основания, не может быть решен в общем порядке. На этот вопрос следует давать различный ответ в зависимости от того, возникло ли обогащение через предоставление потерпевшего или третьего лица, через вторжение приобретателя в чужое право или в результате перемещения имущества, вызванного событием.

Предоставление происходит не ради самого себя, т. е. не для вызывания непосредственно вытекающего из него правового результата, а для достижения какой-то косвенной цели (например, вещь передается в собственность для того, чтобы этим исполнить обязанность к передаче вещи или чтобы безвозмездно увеличить имущество другого лица). Эту цель принято именовать правовым основанием, или каузой (causa), предоставления. Правовое основание предоставления определяется предоставляющим, как правило, по соглашению с другой стороной (см.: Tuhr A. Der Allgemeine Teil des Deutschen Bürgerlichen Rechts. München und Leipzig, 1918. Bd. 2. Hälfte 2. S. 81; Enneccerus L., Nipperdey H. C. Allgemeiner Teil des Bürgerlichen Rechts. 14 Aufl. Tübingen, 1955. Halbbd. 2. S. 622). Если соглашение о каузе не состоялось (например, переданные в качестве займа деньги ошибочно принимаются в качестве дарения), отпало впоследствии (это, например, имеет место при отмене дарения ст. 578 ГК) или оговоренная сторонами кауза не осуществилась (например, после того как проценты по основному требованию были уплачены вперед, основное требование досрочно прекратилось), то предоставление, а следовательно, и возникшее через него обогащение страдает отсутствием правового основания.

При неосновательном обогащении, являющемся результатом вторжения приобретателя в чужое право, приобретатель не имеет права на такое вторжение. Поэтому некоторые цивилисты утверждают, что в этом случае обогащение лишено правового основания ввиду противоправности вторжения. Но если бы это утверждение было правильным, то кондикция из вторжения вопреки своему смыслу и своей цели приближалась бы к деликтным притязаниям. Между тем в праве неосновательного обогащения речь идет не о неправомерной деятельности, а о том, может ли обогатившийся удержать имущественную выгоду, полученную им за счет другого лица. Не подлежит никакому сомнению, что имущественная выгода, полученная приобретателем через его вторжение в чужое право, является выгодой, которая по распределяющей функции этого права причитается правообладателю. Именно это обстоятельство и делает обогащение приобретателя обогащением, лишенным по отношению к правообладателю правового основания (см.: Wilburg W. Die Lehre von der ungerechtfertigten Bereicherung nach Österreichischem und Deutschem Recht. Graz, 1934. S. 27 ff.; Larenz K., Canaris C. W. Lehrbuch des Schuldrechts. 13 Aufl. München, 1994. Bd. 2. Halbbd. 2. S. 169, 170).

Что касается неосновательного обогащения, возникшего вследствие события, то оно всегда лишено правового основания и поэтому может быть кондицировано потерпевшим.

2. Поскольку неосновательное обогащение приобретателя обычно возникает через предоставительную сделку, практически наиболее существенное значение имеют кондикции из предоставления. К ним, в частности, относятся:

1) сondictio indebiti. Важнейшим случаем предоставления, страдающего отсутствием правового основания, является предоставление, которое совершается во исполнение в действительности не существующего долга. Возникающая в связи с этим сondictio indebiti опирается на следующие предпосылки.

Предоставление, совершаемое с целью исполнения какого-то долга. Предоставление, с которым связана сondictio indebiti, чаще всего состоит в передаче вещи в собственность. При этом в собственность может передаваться как родовая, так и индивидуально-определенная вещь. О возможности передачи приобретателю в собственность индивидуально-определенной вещи и, как следствие этого, приобретения им права собственности на такую вещь свидетельствует п. 2 ст. 1104 ГК.

Несуществование долга. Под несуществующим долгом понимается долг, который никогда не существовал или ко времени предоставления уже был прекращен. Несуществующий долг, в частности, оплачивает тот, кто производит повторный платеж или платит больше, чем он должен.

Если условно обязанный в ошибочном предположении, что отлагательное условие уже наступило, совершает предоставление до наступления условия, то он вправе истребовать предоставленное обратно как неосновательное обогащение. Напротив, при исполнении долга, срок исполнения по которому еще не наступил, сondictio indebiti не возникает (п. 1 ст. 1109 ГК), потому что в этом случае долг, хотя бы и с ненаступившим сроком, существует.

Лицо, совершившее предоставление во исполнение чужого долга, который оно считает своим собственным долгом, может кондицировать предоставленное, так как его предоставление лишено правового основания. Если должник по альтернативному обязательству (ст. 320 ГК) предоставляет вещь, ошибочно полагая, что лишь эта вещь является предметом его обязательства, то он вправе истребовать ее обратно (см.: Enneccerus L., Lehmann H. Recht der Schuldverhältnisse. 14 Aufl. Tübingen, 1954. S. 868; Gernhuber J. Das Schuldverhältnis. Tübingen, 1989. S. 268).

Заблуждение предоставляющего относительно существования своего долга. Заблуждение касается правового основания предоставления и поэтому не подрывает действительности предоставительной сделки (см.: Tuhr A. Allgemeiner Teil des Schweizerischen Obligationenrechts. Tübingen, 1924. Halbbd. 1. S. 376). Оно состоит либо в том, что предоставляющий верит в несуществующий факт (например, в заключение договора, который в действительности не был заключен), либо в том, что он не знает о существующем факте (например, об уже происшедшем прекращении своего долга). Если лицу известно, что долг не существует, и тем не менее оно совершает предоставление по несуществующему долгу, то закон отказывает ему в condictio indebiti (п. 4 ст. 1109 ГК);

2) сondictio ob causam futuram. Совершивший предоставление может истребовать предоставленное обратно и в том случае, если оговоренное сторонами правовое основание предоставления не осуществилось. Имеются в виду предоставления, рассчитанные на будущее обязательство, возникновение которого предоставляющий ожидает и, возможно, хочет вызвать через предшествующее предоставление: кто-то еще до заключения договора купли-продажи производит по нему платеж, выдает вексель по еще не возникшему долгу к уплате покупной цены и т. д. (см.: Larenz K. Op. cit. S. 492). Если в приведенных примерах ожидаемый договор купли-продажи не состоялся, то предоставляющий должен иметь возможность истребовать предоставленное обратно. Хотя его предоставление было изначально лишено правового основания, condictio indebiti здесь исключена, потому что в момент предоставления предоставляющий осознавал, что он не обязан к его совершению. Осознавая это, он хотел заранее исполнить предполагаемый им будущий долг, так как ожидал, что отсутствующее в момент предоставления правовое основание осуществится впоследствии. Поскольку же оно вопреки предположению предоставляющего не осуществилось, ему причитается сondictio ob causam futuram.

Рассматриваемая кондикция применима и при предоставлениях, совершаемых ради какого-то будущего встречного предоставления, которое не может быть предметом обязательства (см.: Tuhr A. Allgemeiner Teil des Schweizerischen Obligationenrechts. Halbbd. 1. S. 380; Larenz K. Op. cit. S. 493). Так, например, А. дает Б. 100 000 руб., чтобы тот назначил А. своим наследником или сделал в его пользу завещательный отказ. Если встречное предоставление со стороны Б. не происходит, то А. может кондицировать у него 100 000 руб.

Возникновение сondictio ob causam futuram, так же как и возникновение требования, на установление которого направлена обязательственная сделка, совершенная под отлагательным условием, зависит от будущего неизвестного обстоятельства. Поэтому по аналогии с абз. 1 п. 3 ст. 157 ГК следует признать, что сondictio ob causam futuram исключена, если совершивший предоставление недобросовестно воспрепятствовал осуществлению правового основания;

3) сondictio ob causam finitam. Неосновательное обогащение может произойти в связи с тем, что правовое основание, существовавшее в момент предоставления, впоследствии отпало. Это, например, имеет место при уплате процентов по основному требованию, которое затем прекращается с обратной силой путем зачета; при исполнении отменительно обусловленного обязательственного договора, если отменительное условие наступает; при отмене уже осуществленного дарения (реального дарения или исполненного дарственного обещания). В таких случаях с отпадением правового основания предоставления у потерпевшего возникает сondictio ob causam finitam."

16.12.2014



Академия юриста компании

Академия

Смотрите полезные юридические видеолекции

Смотреть

Cтать постоян­ным читателем журнала!

Cтать постоян­ным читателем журнала

Воспользуйтесь самым выгодным предложением на подписку и станьте читателем уже сейчас

Живое общение с редакцией

Рассылка

Опрос

Вы когда-нибудь меняли предмет или основание иска?

  • Да, все прошло хорошо 30.3%
  • Нет, никогда 30.3%
  • Да, но были сложности 39.39%
Другие опросы

© Актион кадры и право, Медиагруппа Актион, 2007–2016

Журнал «Юрист компании» –
первый практический журнал для юриста

Использование материалов сайта возможно только с письменного разрешения редакции журнала «Юрист компании».


  • Мы в соцсетях

Входите! Открыто!
Все материалы сайта доступны зарегистрированным пользователям. Регистрация займет 1 минуту.

У меня есть пароль
напомнить
Пароль отправлен на почту
Ввести
Я тут впервые
И получить доступ на сайт
Займет минуту!
Введите эл. почту или логин
Неверный логин или пароль
Неверный пароль
Введите пароль